-Больше не могу, - простонала я совершенно обессиленная. – Пощадите, Исмаил-бей. Я же хрупкая женщина, в меня столько еды нельзя закладывать просто по определению. -На море чувство голода возвращается довольно быстро, - утешил меня сотрапезник. – Но желание дамы для меня закон. Кофе?

Я кивнула, полулежа в шезлонге, стоявшем под тентом на палубе. Кофе, сигарета, неповторимо-ароматный воздух, покой… Действительно, сказка с какого-то перепугу стала былью. Лично я не имела бы ничего против того, чтобы провести так остаток жизни.

-Вы изумительная гостья, Виктория-ханум, - произнес Исмаил-бей, когда нам принесли ароматнейший кофе с чистой ледяной водой. – Всему радуетесь, как ребенок, всем довольны, излучаете такое довольство и блаженство, что просто хочется взять вас на руки или погладить по голове.

Начинается! Что ж, за все хорошее надо платить, кто девушку еще даже и не ужинает, а обедает, да еще так развлекает, тот ее и танцует. На шею я своему гостеприимному хозяину бросаться не собиралась, но строить из себя девочку-недотрогу еще того меньше. Как пойдет, так и пойдет. По воле Аллаха, как любят говорить местные люди.

-Но, к сожалению, я вынужден сейчас заниматься менее приятными вещами, - продолжил Исмаил-бей. – В посылочке оказалось много интересного. Например, договор о перестраховании страховки…

Я вытаращила глаза в непритворном изумлении. Это еще что за китайская грамота?

-Понимаете, редко, но практикуется страховка от того, что основная страхующая фирма найдет предлог страховое вознаграждение не выплачивать. Тогда заключается договор с фирмой-подстраховкой. Вся эта возня идет вокруг недостроенного еще отеля, в строительство которого вложены не только мои деньги, но еще и деньги нескольких акционеров. И по ряду признаков я подозреваю, что этих акционеров осталось двое, причем один из них – явно подставное лицо. Этот самый администратор в кафе. Услуги его, кстати, недурно оплачиваются: в той же посылки полдюжины бриллиантов чистой воды. А это уже не на шутку попахивает криминалом.

-И что же мне теперь делать? – испугалась я.

Ввязываться в откровенную заграничную уголовку мне хотелось меньше всего на свете. Ну, спасибо, Олег, спасибо, драгоценный мой. Не познакомься я с Исмаил-беем, отдых бы у меня превзошел все ожидания: арест, тюрьма и все прочие прелести. Договор-то ладно, но вот бриллианты… Контрабанда чистой воды!

-Какие отношения связывают вас с Алексеем? – вместо ответа спросил Исмаил-бей.

-Да нет у нас никаких отношений! – искренне возмутилась я. – Летели вместе в самолете, оба оказались в первом классе. Потом он пригласил меня поужинать. Вот и все, с того времени мы не виделись.

-Он знает про посылку?

Я глубоко задумалась. Ляпнула я ему что-нибудь насчет этой коробки или нет. Что-то такое определенно произносилось про этот предмет. Ах, да, я кажется при нем обрадовалась, что посылка лежит в сумке. Но мало ли что у меня в сумке может лежать! И вдруг у меня в голове словно что-то щелкнуло и я вспомнила весь наш разговор в квартире перед ужином:

«-А в квартире без вас никто не побывал?

-Здесь? Сегодня? Н-не думаю. Зачем?

-Вот и я думаю: зачем нужно было вас пугать. Или это просто, как иногда говорят, «проверка на вшивость».

-В каком смысле?

-Ну, не в прямом же. Вдруг у вас совесть нечиста и эта записка заставит вас занервничать и даже уехать.

-Занервничать она меня, конечно, заставила. Но уезжать все равно не хочется. Да и Олег вот-вот приедет.

-Вот-вот, это когда?

-Скоро, - усмехнулась я. – Плюс-минус два дня. Или неделю. Мой друг человек совершенно непредсказуемый. Например, сам себе посылку на мое имя прислал. Господи, куда же я ее дела? Совсем из головы вон.

-Посылку?

-Да-да, маленькую такую… Куда же я ее засунула? Слава богу, все в порядке, обычный склероз. Если бы потеряла, Олег бы меня просто убил, он такой».

Нет, язык мой – враг мой. Все рассказала сама и даже не под пытками. Исмаил-бей ждал, глядя на меня очень серьезно, и я решилась. В конце концов здесь ни помощи, ни, тем более, защиты мне здесь ждать ни от кого, кроме него, не приходится, а вляпалась я, судя по всему, по-крупному.

-Да, - сделав глубокий вздох, ринулась я в признание. – Алексей знал и про письмо, и про посылку. Он знал, что посылка у меня в сумке, так что погром в квартире организовал явно не он, пусть и чужими руками. Он все время был у меня на глазах.

-Для такой работы можно было кого-нибудь нанять, дело нехитрое. Но вряд ли можно будет доказать: сам он без вас там не появлялся, лично ничего не делал, только убедился, что посылка находится непосредственно при вас. Но боюсь, с этой версией приходится расстаться: Алексей представляет здесь интересы еще одного нашего акционера, было бы очень сложно разбираться в этом криминальном клубке, да и ему дополнительные сложности вроде бы не нужны. Да и круг возможных фигурантов все-таки сокращается.

-Надеюсь, я в него не вхожу? – не без ехидства осведомилась я.

Исмаил-бей усмехнулся.

-Входили бы, если бы не передали мне и письмо, и посылку. Впрочем, тогда и распутывать было бы нечего, я бы просто ничего не знал… до поры до времени. Но как осмелели, однако! Играть со мной в такие игры довольно опасно. Кстати, письмо вам подсунул ваш сосед по лестничной клетке.

-Что? Этот самый, как его…

-Он знает гораздо больше, чем хочет или может показать. Плюс отпечатки пальцев на письме. Мои люди с ним немного поработали, но добились только того, что выяснили: он прекрасно знает турецкий язык, только почему-то это скрывает.

-Почему такое нежное отношение ко мне? Ему не все равно, что со мной случиться может?

-Значит, не все равно, и я постараюсь выяснить – почему. Единственное, что я могу предположить, вы ему просто понравились – не зря он вас вечером в бинокль разглядывал, - и он решил как-то вас предостеречь. Но что-то уж слишком сентиментально все это.

-Так что делать с посылкой-то? Администратор, небось, уже извелся в ожидании.

-Денек подождет, ничего с ним не случится. Пойдете туда завтра, вручите посылку и скажете, что немедленно улетаете в Москву. Не волнуйтесь, вас все время будут подстраховывать мои люди, так что никаких накладок не будет. И после этого исчезнете.

-В каком смысле? – оторопела я.

-В прямом. Вас отвезут в аэропорт, вы пройдете таможенный контроль, зайдете в самолет и тут же выйдете из него через запасной выход. Это я устрою. Потом вас привезут обратно в Кемер и мы с вами посмотрим, как дело будет разворачиваться.

-К чему такие сложности? Во-первых, я не боюсь, а во-вторых, еще не наотдыхалась. Столько времени мечтала вдоволь наплаваться в море – и на тебе.

-Сложности невелики, а со следа они ваших знакомых собьют. Официально вас в Кемере не будет, слегка изменить внешность – не проблема, а если оденетесь как местные уроженки, да на вас никто и внимания не обратит. И мне руки развяжете: вы, может быть, и не боитесь, но я за вас боюсь. Эта публика обычно на полдороге не останавливается.

-Не понимаю, - обречено вздохнула я. – Передам посылку, так кому я тут нужна?

-Вы? Свидетельница и как бы соучастница? Виктория-ханум, неужели вы так любите рискованные дела, авантюры?

-Читать я про них люблю, - буркнула я. – Самое бог пока миловал. И где я буду жить?

-В пентхаусе. Там, где провели сегодняшнюю ночь. Причем жить будете столько, сколько захотите и домой улетите только тогда, когда пожелаете.

-Но если я тут начну снимать деньги с кредитной карточки выяснится же, что никуда я не уезжаю.

-А вы их снимите сразу все после общения с администратором. В вашем нынешнем жилище оборудован очень симпатичный небольшой сейф.

-Может быть, мне все-таки лучше уехать по-настоящему? – спросила я, собрав остатки здравого смысла. – Я причиняю вам столько хлопот…

-В основном, приятных, - усмехнулся Исмаил-бей. – К тому же мне кажется, что распутать это дело мне будет проще с вашей помощью. А внешность меняется элементарно, если, конечно, вы согласитесь покрасить волосы и воспользуетесь контактными линзами. Вместо шатенки с серыми глазами будет брюнетка с карими, которая ни слова не понимает по-русски. Если не хотите быть просто восточной женщиной, станьте на время как бы моим секретарем. Понимаю, меня это не красит в ваших глазах, но появление рядом со мной новой женщины никого не удивит и не обеспокоит.

-То есть для вас это совершенно нормально, - подпустила я шпильку.

-Как и для любого нормального мужчины, - усмехнулся он в ответ. – Ну как, договорились?

Почему бы и нет? Олег то ли приедет, то ли – что более вероятно – нет. Скорее всего он просто использовал меня в качестве передаточного средства. Что ж, значит, моральная сторона вопроса меня тем более не должна волновать. Отдохну по-другому, вот и все. Только со значительно большим комфортом. Тем более, если уж быть до конца откровенной, Исмаил-бей мне импонировал. Ну, нравился мне этот мужик, вот и все. А что у нас там будет или не будет – так до этого еще дожить надо.

-Договорились, - кивнула я. – А какой язык я буду понимать? Английский?

-Это проще всего. Турчанка, родившаяся и выросшая в Англии, может либо вообще не знать турецкий, либо знать его очень плохо. К тому же – только не обижайтесь! – чем меньше вы будете разговаривать, тем проще нам всем будет. В крайнем случае, мы с вами можем спокойно говорить по-французски, тут его вообще мало кто знает.

Все правильно. Я же сама знаю: язык мой – враг мой. Да и помолчать для разнообразия было бы недурно.

-Осталось выбрать вам псевдоним. Как вы хотите, чтобы вас звали?

-Фэриде! – выпалила я.

Исмаил-бей изумленно приподнял брови, но промолчал. А это, на самом деле, было единственное турецкое имя, которое я знала. Очень люблю книжку какого-то турецкого классика, которая сто лет назад вышла у нас в переводе под названием «Птичка певчая». А потом сериал по этой книге без конца крутили. Так что главная героиня – красивая, нежная и гонимая Фэриде – вспомнилось просто автоматически. Что делать, такая вот я начитанная девушка.

-Редкое имя, - заметил Исмаил-бей. – Но мне нравится. Итак, Фэриде-ханум, завтра у вас решающий день. Кстати, одну ночь вам придется провести в той, первой квартире, чтобы отъезд выглядел совершенно естественно. Утром пойдете в ресторан, к вашему знакомому администратору, передадите ему посылку и вернетесь в квартиру. Через час после этого придет такси и отвезет вас в аэропорт. За рулем будет мой человек, он немного говорит и понимает по-русски, так что вам не о чем беспокоиться, он до самой посадки будет с вами. Войдете с ним в самолет, он же вас и выведет, а обратно поедете в моей машине, вернетесь в пентхаус и займетесь изменением внешности.

-Никогда волосы не красила, - заметила я. – Даже интересно.

-Вам помогут специалисты, не волнуйтесь. Ох, и позабавлюсь же я с этими аферистами! Администратору, во всяком случае, долго на свободе пребывать не придется, его арестуют сразу как только вы уйдете.

-С какой стати? – изумилась я. – Передача коробочки из рук в руки еще не криминал.

-Не криминал. Но погром в квартире – частично его рук дело, мои люди докопались-таки до истины. Вот за это и арестуем, а посылка – это уже, как говорится, контрольный выстрел.

-Но ведь Олег будет искать меня в Москве! – вдруг осенило меня. – Я же обязательно должна буду ему написать, что все сделала и улетаю.

-Вы уверены, что будет?

-Ну-у…

-Держу пари на что хотите, что он прилетит сюда первым же самолетом, как только узнает о вашем отъезде. Ему в ближайшее время будет просто не до вас.

-Удивительно, но это чувство достаточно взаимно, - со вздохом сказала я. – Меньше всего на свете мне хочется видеть этого человека. Я вообще-то собиралась прекратить наши отношения, по-моему, они себя исчерпали, но не смогла устоять против совместного отдыха на море. Я думала, он действительно хочет доставить мне удовольствие, а я, оказывается, просто курьер. Правда, довольно дорогой: билет в оба конца, жилье, да еще тысяча долларов на карманные расходы.

-По-вашему, это дорого? – иронически усмехнулся Исмаил-бей. – А по-моему, только-только дотягивает до более или менее нормального уровня. Если бы я затеял такую махинацию, то подобному курьеру меньше десяти тысяч и предлагать бы не стал.

-Десять тысяч? Такие деньги я за год зарабатываю, - ахнула я.

Исмаил-бей красноречиво промолчал. Судя по всему, он прекрасно понимал, что мы с ним существуем в совершенно разных мирах и пересеклись исключительно чудом. То, что представляется мне огромными деньгами, для него – так, мелочь на газировку.

-Вот будет забавно на него посмотреть, если он все-таки прилетит, - мрачно сказала я. – Боюсь, мне трудно будет держаться на расстоянии.

-Старая любовь? – усмехнулся Исмаил-бей.

-Новая неприязнь, - фыркнула я. – Вот бы его в турецкую тюрьму упаковать на пару-тройку лет. Может, перестанет считать себя умнее всех.

-Можно и «упаковать», - не без иронии отозвался Исмаил-бей. – Если попадется на чем-нибудь противозаконным, я это ему устрою без всяких усилий. Еще пожелания есть?

-Есть. Давайте еще с аквалангом поплаваем, а? Я уже отдышалась после обеда.

-Я же говорил, - хмыкнул Исмаил-бей и пошел переодеваться.

Когда мы, наконец, всласть налюбовались подводными красотами, Исмаил-бей приказал возвращаться в Кемер, а мы с ним удобно расположились на палубе, курили, пили сок, и понемногу чувствовали себя в обществе друг друга все естественнее. Даже мои грустные мысли о непонятных событиях постепенно растворились в этой средиземноморской идиллии. И все крепче становилось ощущение того, что рядом с этим человеком даже крупные неприятности имеют обыкновения становиться мелкими заморочками. Впервые после того, как я получила странное письмо, я дышала полной грудью: в прямом и переносном смысле этого слова.

Яхта причалила, когда уже почти стемнело, а на берегу ждала машина с шофером. Сказка никак не желала заканчиваться, а я, если честно, не хотела, чтобы она прекращалась. Нравилась она мне до чрезвычайности.

Ужинали мы с Исмаил-беем в каком-то страшно секретном ресторане. Так, во всяком случае, он мне намекнул. Народу почти никого, официанты летают мухами, заказывать можно хоть слонятину в клюквенном желе, хоть акулу в собственном соку. Но есть мне не особенно хотелось: я слишком беспокоилась о том, как пройдет завтрашний день.

Детективы – это, конечно, хорошо, но только в книгах или по телевизору. А мне еще предстояла одинокая ночь в квартире, ставшей мне, мягко говоря, неприятной. Впрочем, наверняка я найду чем заняться: компьютер там тоже есть, а Интернет – он и в Турции Интернет, тем более, что и за это развлечение не мне придется расплачиваться…

Я настолько расслабилась, что совершенно забыла про свой мобильник и даже вздрогнула, когда он заверещал у меня в сумке. Ну, конечно, посылку-то я еще не передала, товарищ волнуется, а я тут прохлаждаюсь.

-Вика, что происходит? – услышала я сердитый голос Олега. – Тебе что, трудно выполнить пустячную просьбу? Чем ты так занята?

-Догуливаю последний день на курорте, - без особой нежности отозвалась я. – Завтра улетаю в Москву.

-А моя просьба?

-Выполню твою просьбу завтра утром и сразу – в аэропорт. Такси уже заказала.

-Каким рейсом ты летишь?

-В час дня по местному. Ты меня встретишь?

Последняя фраза у меня вырвалась чисто рефлекторно, ничего глупее я даже нарочно не могла бы придумать.

-Увы, малыш! Я не в Москве. Но обязательно приеду к тебе, как только закончатся все мои заморочки тут. Я же буквально не вылезаю из командировок.

-Бедненький, - старательно посочувствовала я. – Ну, ничего, надеюсь, скоро увидимся.

-Безусловно, - с готовностью подтвердил Олег.

Ну вот, Рубикон перейден, мосты сожжены, обратной дороги у меня нет, как нет заднего хода у самолета. К тому же я по голосу слышала, как обрадовался Олег тому, что завтра меня в Кемере уже не будет. Так обрадовался, что даже не сумел это толком скрыть.

Впрочем, в артисты он никогда не годился. Кто не Качалов, тот не Качалов. Чем же я ему тут мешаю, интересно? И зачем ему знать номер рейса, если встречать меня он не собирается? Господи, как же мне надоели эти тайны мадридского двора! И как меня вдруг безумно начал раздражать этот странный человек, втянувший меня в какую-то более чем сомнительную авантюру.

-Фэриде-ханум, салат и мороженое – не слишком сытный ужин, - с укоризной сказал мне Исмаил-бей, когда официант, принявший заказ, удалился. – Я бы на вашем месте заказал что-то более солидное.

-Когда я нервничаю, то теряю аппетит, - вздохнула я. – Ничего, завтра наверстаю. Когда все будет позади.

-Завтра все только начнется, так вы у меня от голода умрете.

-Не умру. Фигура будет лучше.

-Она у вас и так, по-моему, идеальная.

-Мерси за комплимент, Исмаил-бей, но предела совершенству, как известно, нет. К тому же мне говорили, что на Востоке не жалуют худых женщин. Предпочитают более…мягких.

-Значит, я не восточный мужчина, обе мои жены достаточно стройные. Старшая, правда, уже слегка расплылась, но что вы хотите – возраст. А младшая очень хороша собой и вполне могла бы занять первое место на каком-нибудь конкурсе красоты.

Похоже, я попала в элитную компанию, да еще занимаю в ней первое место: красотка где-то там, а я – вот она, сижу за столиком с миллионером и запиваю вкуснейший салат уже полюбившимся мне красным вином. Вот уж правильно говорят: не родись красивой…

-О чем задумались, Фэриде-ханум? – оторвал меня от этих глубокомысленных размышлений голос Исмаил-бея. – Все еще волнуетесь?

-Пожалуй, уже не очень, - не слишком покривила я душой.

-Тогда доставьте мне удовольствие. Я бы очень хотел еще потанцевать с вами.

Вот это, пожалуйста, это – сколько угодно. Танцевать я вообще люблю до самозабвения, жаль, редко приходится. А уж с таким кавалером… Все мысли, как мрачные, так и нейтральные, тут же вылетели из моей беспутной головы и я пожалуй даже слишком резво вскочила из-за стола.

Мы танцевали почти час и, право, не знаю, кто получил от этого процесса больше удовольствия: я или мой кавалер. И вообще он все больше мне нравился, а клин, как известно, выбивают клином. Не удалось приятно провести время с бой-френдом, что ж, постараюсь провести его не менее приятно с другим мужчиной.

Ситуация, правда, сильно смахивала на любимый мною фильм «Римские каникулы», только роли были распределены по-другому. Пройдет несколько дней и мне вежливенько так скажут: «Ваше высочество, танцуйте по направлению к выходу». Значит, хватит тратить время на глупые рефлексии и попытаться извлечь максимум удовольствия из того, что отпущено мне судьбой.

Ведь все хорошее рано или поздно кончается, как кончился этот вечер. Исмаил-бей проводил меня до квартиры, снабдив последними инструкциями и заклиная не волноваться. Честно говоря, я ожидала несколько другого финала такого замечательного дня, но, во-первых, нельзя иметь все сразу, а во-вторых, Исмаил-бей наверняка решил сначала разобраться с делами, а там…

А там видно будет. В общем, он облобызал мою руку и удалился, напомнив, что в одиннадцать утра мне надлежит выполнить конспиративное задание. Коробочку ему вручили, едва яхта причалила к берегу, так что теперь она опять была в моей сумке.

В общем, я осталась одна в квартире, которую не просто привели в порядок, а вроде бы обставили заново. Мои личные вещи были аккуратненько сложены в спальне, а частично даже упакованы. Первым делом я содрала с посылки бумажку со своей фамилией: незачем администратору или кому-нибудь там еще знать имя курьера. Перебьется.

Спать не хотелось ни капельки, я послонялась по квартире, попыталась отвлечься на какую-нибудь компьютерную игру, но через несколько минут мне и это надоело. Тогда я открыла бар, плеснула себе в бокал щедрую порцию джина, добавила тоник из холодильника и со всем этим богатством плюс с пачкой сигарет отправилась на балкон: дышать восхитительным морским воздухом, смешанным с ароматом цветов, и спокойненько подумать о том, что же вокруг меня происходит. Ей-богу, эта тема стоила длительных и неторопливых размышлений.

В строительном бизнесе, равно как и в системе страхования я разбиралась примерно так же, как в самолетостроении. Короче говоря, ничегошеньки не понимала. Так что ломать свою прелестную голову по этому поводу даже и не собиралась. Мне хотелось подумать о своем, о девичьем, подвести, так сказать некоторые предварительные итоги, отделить мух от котлет и вообще хоть как-то определиться. В том числе, и в коловращении личной жизни.

То, что с Олегом мы расстанемся, не вызывало у меня ни малейшего сомнения. Эта глава моей жизни была практически прочитана, осталась мелочь – перевернуть страницу. Так с любимой женщиной не обращаются: если бы не разгильдяйство на турецкой почте, меня вполне могли арестовать за контрабанду. А за это по головке нигде не гладят.

А щедрой рукой отсыпать при этом тысячу баксов «на булавки»… думаю, любой профессиональный контрабандист содрал бы с него намного больше. Да и почти год моей пылкой любви чего-то стоит, наверное. Звучит безнравственно, поскольку торговать собой я не собиралась и не собираюсь, но должна же быть хоть какая-то компенсация за моральный урон.

Яснее всего (относительно остальных, конечно) в этом деле прорисовывался Алексей. Познакомился с хорошенькой попутчицей, приударил за ней, благо жена осталась на родине, и мгновенно дал задний ход, как только интерес ко мне проявил Исмаил-бей. Было похоже, что он просто испугался – не столько конкуренции, сколько самого конкурента.

А поскольку и сам Алексей оказался заинтересован в этом строящемся отеле… Не верила я в какого-то мифического акционера, интересы которого представлял Алексей. Скорее всего, он сам этим акционером и был, или… им была его законная супруга. В нашем российском бизнесе такие сюжеты – не редкость. И раньше так было: квартиру – на жену записана, дача – на тещу, машина с гаражом – на тестя. Если, упаси создатель, возникнут какие-то коллизии с конфискацией имущества, то ничего потеряно не будет.

Исмаил-бей… Наверное, действительно хозяин этого райского местечка и мне в общем-то повезло, что я ему понравилась, а еще больше повезло в том, что доверилась. Не хотелось бы мне оказаться в стане противников этого человека даже в роли болвана в чужом преферансе. Допустим, им сейчас движет не столько желание вытащить меня из неприятностей, сколько стремление разобраться в том, что происходит на его территории.

Даже из нескольких его скупых фраз я успела понять, что на монополию бея покусились, причем не свои, которых можно просто придушить или утопить в ближайшем бассейне, а какие-то пришлые варяги. Сначала один отель, потом через подставных лиц типа этого администратора – парочку другую наиболее престижных зданий, а потом глазом не успеешь моргнуть, как в сонном и безмятежном курортном городке начнутся традиционные российские стрелки и разборки. Даже я знала, что нечто подобное уже происходит на Кипре и в Греции. Нужна Исмаил-бею эта головная боль? Сомневаюсь…

Я обнаружила, что давно уже пью из абсолютно пустого стакана и поспешила исправить упущенное. В таком деле вот именно, что без поллитра не разберешься, а я была еще очень далека хоть от каких-то выводов.

Вторая порция джина с тоником навела меня на мысль о том, что с Исмаил-беем как раз все ясно. Есть мужчины, которые ловят кайф от своего всемогущества – подлинного или мнимого. Был в моей биографии такой эпизод…

Послали меня в командировку в город-герой Санкт-Петербург. Поехала я, естественно, поездом, хотя коллеги хором советовали не обрекать себя на мучения бессонной ночи в вагоне, а воспользоваться услугами Аэрофлота. Понятно, что я осталась непоколебима в своем решении и даже доплатила из собственного кармана, чтобы ехать не в купированном, а в спальном вагоне. Я уже отмечала, кажется, что люблю комфорт. Так вот эта любовь к комфорту меня и подвела.

Моим соседом по купе оказался мужчина… в полной генеральской форме. Такое я видела только по телевизору или на парадах, поэтому пялилась на экзотическое зрелище совершенно беззастенчиво. Боюсь, что генерал принял простое любопытство за что-то другое, поскольку ринулся за мной ухаживать по всем правилам стратегии и тактики.

Выяснив, что к шампанскому я отношусь благосклонно, а к коньяку – скорее прохладно, он тут же вызвал проводника и приказал ему достать где угодно шампанское, фрукты и сладости для дамы. Не бесплатно, конечно, купюру он проводнику сунул соответствующую. К моему огромному изумлению, заказ был исполнен практически молниеносно.

Затарившись боеприпасами, генерал приступил к следующему этапу: развернутому наступлению по всем флангам. Он рассказывал мне о том, каким большим начальником был до присноизвестного путча, как командовал чуть ли не кремлевским полком и какой кабинет у него был непосредственно в самом Кремле.

Поведал, как тяжело перенес крах Союза нерушимого, как даже какое-то время злоупотреблял горячительными напитками, но в отличие от многих своих товарищей по несчастью, сумел взять себя в руки, «завязать» с беспробудными возлияниями и создать собственное дело: охранное агентство, которое теперь считается – и не случайно! – одним из лучших в Москве.

-Знаете, почему, Вика? – вкрадчиво поинтересовался он у меня в этом месте. – Потому что с первого дня работы девизом агентства стало «Честь дороже денег». У нас, конечно, бывают всякие накладки, но от «паршивых овец» мы избавляемся мгновенно. В глубине души я как был чекистом, так и остался, хотя давно в отставке. Бывших чекистов не бывает.

Я исправно кивала головой, ахала и поддакивала в нужных местах, но про себя думала, что лететь надо было действительно самолетом. Там, даже если в соседнем кресле и окажется нечто подобное, то все будет ограничено полутора часами. Меня же скорее всего ожидала в лучшем случае бессонная ночь, а в худшем, объяснение на тему о том, что «я не такая, я жду трамвая».

А генерал тем временем разливался соловьем. Узнав, что я работаю в рекламном бизнесе, тут же предложил мне пост генерального директора создаваемого им рекламного агентства. Дело за малым: подписать пару документов, но зато на самом высоком уровне. А еще при охранном(!) агентстве предполагалось создать собственный журнал, книжное издательство и магазин редких книг. Для всего этого, конечно, нужны не просто толковые люди, а специалисты экстракласса, но многие уже готовы совершать творческие и трудовые подвиги…

От предложения стать генеральным директором я вежливо отказалась, сославшись на относительно еще молодой возраст и отсутствие опыта. Похоже, генерала это не обескуражило, более того, у него тут же возникла новая грандиозная идея: написать совместную книгу.

Почему в соавторы он решил определить меня, в принципе, было понятно: генерал пил коньяк и в бутылке уже оставалось меньше половины. Но вот тема книги меня несколько озадачила: «Тайные преступления КГБ». Мысль, конечно, интересная, но как-то не очень монтировавшаяся с первоначальным заявлением о том, что «бывших чекистов не бывает».

Узнав, что номер мне заказан в гостинице «Прибалтийская», генерал скривился и предложил свою протекцию в получении любого номера в любой самой престижной гостинице города. Плюс персональную машину с шофером в мое полное распоряжение на все два дня командировки. Ну и, конечно, сказочное проведение досуга в его, генеральском обществе. Обычный джентльменский набор: Мариинка, Эрмитаж, ресторан…